Если не я, то кто?

на главную«Все профессии важны, все профессии нужны» – одна из первых истин, которые внедряются в детское сознание. Кто бы спорил… Подрастая, дети начинают понимать: есть профессии, без которых будет жить трудно, профессии, без которых жить грустно. А есть такие, без каких невозможно. Или, по крайней мере, очень страшно. Да и работать в таких профессиях, что скрывать, и трудно, и рискованно, и порой по-настоящему опасно. И все-таки их выбирают для себя люди… Какие люди выбирают профессию спасателя, зная, что каждый рабочий день может принести все, что угодно?

— Те, кто понимает, что именно здесь могут себя реализовать, — отвечает начальник второго караула ГПСЧ № 18 Иван ФОМИН. Отвечает, не задумываясь: видно, давно для себя нашел ответ на этот вопрос. — Люди чувствуют в себе потенциал. Приходят ребята сильные, смекалистые, умные и видят, что именно здесь от них будет настоящая польза. И еще чувство долга, конечно.

— Правильно говорят: если не я, то кто? — поддерживает пожарный-спасатель, младший сержант Андраник ЕГИАЗАРЯН.

в текстеПередо мной сидят люди, которые в течение суток своего дежурства прикрывают весь город. Что бы ни случилось — позвонят в МЧС, и, в считанные секунды собравшись, они полетят туда, где случилась беда. А беды бывают такие разные… Мы по старинке называем их «пожаркой» и часто думаем, что, собственно, только на пожары их и вызывают. На самом деле — любая чрезвычайная ситуация: тяжелые ДТП, обвалы, обрушения, несчастные случаи не только с людьми, но и с животными. И, конечно, пожары — тоже очень разные.

— Именно поэтому самое трудное в нашей работе — ждать. Помните, как в фильме «В бой идут одни «старики»: «А ты знаешь, что самое тяжелое в нашей работе? При минус тридцати копаться в моторе? Нет, ждать…» А когда дождались — все доведено до автоматизма. Некоторые думают: ага, пожар — схватил ведро с водой, схватил «ствол», и всей «бандой» убежали. Нет, тут как в муравейнике: у каждого своя поставленная задача. Один идет в разведку, второй готовит линию, третий работает со «стволом», четвертый разматывает рукава, те на водоисточник машину ставят или организуют подвоз… Это механизм, результат четкой работы нескольких звеньев. Когда есть слаженность, этот механизм действует, как дорогая машина с хорошей управляемостью. Практика, тактика, техника — все собрать до кучи и выполнять поставленную задачу. Поэтому голова среди огня должна быть холодная.

— Да, во время пожара мы и друг за другом смотрим: где обрушение, где пламя еще горит, где взорваться может… Ситуации же разные: бывало завод горел — там что на сковородке, просто стоишь и танцуешь, вокруг одно раскаленное железо. Выходишь — одежда полностью мокрая, хоть выкручивай… Всякое бывает, — уточняет старший пожарный-спасатель, сержант службы ГЗ Юрий АГЕЕВ. — И молодежи подсказываем, они-то теряются поначалу.

— Когда приезжаешь, немного страшновато, — согласен Андраник Егиазарян. — А когда обстановку оценишь, в русло входишь, начинаешь работать спокойно, адекватно. — Как всегда говорил наш бывший начальник Сергей Иванович Ястреб, одинаковых пожаров нет. Горят одинаковые по планировке квартиры, но пожары разные. Потому что разная обстановка, время года, температурный режим, пожарная нагрузка…

Конечно, ребята к нам отбираются и по физическим показателям, и по психологическим, — поясняет начальник караула. — Но страшно бывает всем: не боятся только дураки, а здесь дураков нет. И страх, и жалость к людям — все это присутствует, но со временем не то, что черствеешь — учишься от этого немного отстраняться. А на первых порах все теряются. Допустим, человек раньше трупов не видел, а нас вызывают на ДТП, где тело из машины вырезать надо… Жутковато, а надо делать. Вот была авария: въехали в разделительный бордюр — капот в багажнике, двигатель частично в салоне, а в машине два человека…

Пьяные за рулем и последствия такого «экстрима» — одна из самых больных тем для спасателей. Они лучше других знают, сколько народу преждевременно перекочевало на тот свет именно по этой причине. Даже их, много повидавших, шокировало одно из новогодних ДТП: нетрезвая компания на машине снесла столб, водителя зажало за рулем, он кричит — из-за алкоголя не действует обезболивающее. А уцелевшие пассажиры, выбравшись из покалеченного автомобиля, на этом фоне устроили селфи! И еще одна больная тема — беспечные мамаши. Они надолго уходят из дома, оставляя маленьких детей, и дело заканчивается тем, что соседи, почувствовав запах дыма, вызывают пожарных. То игра со спичками, то ребенок в одиночестве проголодается и пытается подогреть себе еду…

— Ужасно, когда с детьми какие- то беды случаются, очень больно на такое смотреть, — признается Иван Фомин. — А еще сейчас нередко с пожилыми людьми происшествия бывают. Многие ведь уехали, стариков оставили, и вот звонят нам соседи: мол, два-три дня не видели, дверь не открывает… Мы приезжаем — хорошо, если успеваем в больницу человека доставить, а бывает, что уже и поздно. И иной раз еще столько интересного о себе наслушаешься… Люди разные. И со всем этим, как в том анекдоте про многоярусный лайнер, мы как- то пытаемся взлететь. Приезжаешь, помогаешь, выполняешь свою работу. Очень неординарные ситуации бывают, но никогда никого не осуждаем: вышли и забыли. — Да, а в итоге говорят — пожарюги спят, — усмехается Юрий Агеев. — Даже товарищ мой так говорил, а потом встречает: извини, я был неправ, сосед горел — молодцы ваши ребята, стал уважать. Да что говорить: едем на вызов с мигалками, с сиреной — редко кто пропустит, даже соревнуются: я быстрей пожарки еду! А вдруг это у тебя горит квартира, что ты делаешь, человек? Кто сталкивался с такой ситуацией — понимают. Один пожарку не пропустил, зашел хлебушка купить, приезжает — у него квартира горит, вынесли жену, ребенка в скорую помощь… Он смотрит — что ж я наделал… Говорит — после того все: только увидел мигалки — остановился.

Они не мастера красочно расписывать эпизоды службы. Пожимают плечами: а что рассказывать — обычная работа. И в этой работе бывает такое, что ушел на сутки — а вернулся домой через 18 дней. Именно так и произошло, когда в России горели леса. Тогда караул в полном составе снялся и уехал туда, где каждая пара профессиональных рук была необходима. В Воронежской области они провели две с половиной недели.

— Жутковато было, — признается командир отделения Сергей ГНАТЕНКО. — Бабушки нас там с иконами встречали. Наша колонна ехала — местные жители вышли, крестят нас. Все оттуда, а мы — туда… России тогда сильно досталось, поселки погорели, пустые, люди эвакуированы, как при войне. Сухостои такие, все лето не было дождей. Детский лагерь отдыха мы тогда спасли. Приехали, основную массу потушили, нас подменили — говорят, хоть 2-3 часа поспите. Упали кто где: кто на дороге, под знаком, кто на машину залез сверху… И опять дальше тушить. Там очень хорошие, добрые люди. Так запомнилось: мужик мимо ехал, мы у него спросили сигарету, он одну себе оставил, а пачку нам отдал. Потом поехал, привез нам напитков, печенья, несколько пачек сигарет… И денег не взял. Говорит — вам огромное спасибо, что вы здесь.

Ребята рассказывают, а у меня в голове — все страшное, что приходилось читать о коварстве и беспощадности лесных пожаров. И тут Иван Фомин неожиданно говорит с некоторой даже мечтательностью:

— Зрелище очень красивое… Шишки стреляют зеленые, — и уточняет: — Эти шишки — самое коварное. Очень страшен верховой пожар, он быстро распространяется, молниеносно возникает, куда ветер — туда и он. Низовой горит в одном направлении, можно машин нагнать, бороться. Был верховой пожар по кронам деревьев, дошел до речки, перешел в низовой — уже легче, думали, ночью будем спать. Нет! Шишки зеленые через речку перелетают на другой берег — и пошел там верховой пожар. Опасны именно зеленые шишки: внутри смола, температурой обдает, она как бы закупоривается, влага не выходит, нагревается, получается реактивная ракета. Стреляет такая — и снова огонь. Начальник 2-го караула ГПСЧ-18, лейтенант службы гражданской защиты Иван Фомин и командир отделения, водитель, старший прапорщик Сергей Гнатенко после этой «огненной командировки» награждены медалью МЧС России «За содружество во имя спасения».

 А с 2014 года в их службу пришли новые реалии.

 — Конечно, война сказалась — ведь нас касается все, что связано со спасением жизни, — говорит Иван Фомин. — Мы участвовали в эвакуации, вывозили людей из Чернухино, Дебальцево. По счастью наш караул не попал тогда под обстрел: он был начат раньше времени, хотя обещали предоставить зеленый коридор. Больно было за людей — какое может быть состояние, когда по тебе стреляют, когда весь результат твоей жизни буквально за доли секунды разрушается. Это просто ужасно. Участвовали в разгрузке гуманитарки, в доставке, привозили подарки по детским домам, в приют. Кто поможет деткам, как не МЧС?

А потом война подошла вплотную к Алчевску. Августовский авиаудар на рассвете, должно быть, никогда не уйдет из памяти тех, кто был в городе в этот день. Спасатель спасательного отделения младший сержант Артем ЛЫСЕНКО в те сутки был на смене. — Принял вызов, дал тревогу, караул собрался, — вспоминает Артем. — Там стояло оцепление, рассказали обстановку, оценили, что угрозы населению нет. Возле церкви были порваны газовые трубы, вызвали газовую службу. Каждый начал заниматься своим делом: газовщики ремонтом, ополчение — разминированием снарядов.

Вот так они обо всем: каждый занимается делом. И не дождаться от них рассказов о своем героизме. Чем геройствовать, скорее посмеются, вспоминая, как вызволяли из канализационного колодца свалившуюся туда корову. Улыбаются: работа как работа. Хирург, придя домой, не хвастает ведь, сколько операций он сегодня сделал…

— У нас ребята скромные в основном, — улыбается Юрий Агеев. — Нет у нас гордыни: смотри, я здесь работаю, я тебя защищаю, спасаю, ты меня должен уважать. И сейчас, когда труднее стало всем, они не стали иначе относиться к своей работе. И сами удивляются, что из любых времен вспоминается не страшное, а доброе и светлое. И справляются со своими обязанностями, какой бы ценой это ни давалось.

— Огромное спасибо Российской Федерации, — говорит Иван Фомин. — Их белые КамАЗы — недаром Стас Пьеха об этом песню спел. И техникой, и обмундированием помогают.

Менять свою работу на что-то полегче или поденежней спасатели не думают: посмеиваются — дескать, были у нас такие, кто уходил, потом все равно возвращаются. Что возвращает? Да многое: и обыкновенная ответственность, присущая каждому нормальному мужику, и то самое «кто, если не я», и дефицит адреналина, который настигает в размеренной жизни. И особое отношение к городу, обострившееся в последние годы.

— Город роднее стал после начала войны, — говорит Иван Фомин. — Что-то щелкнуло, когда увидел опустевшие улицы. Три года назад не поверил бы… Здесь остались реально те, кто дорожит своим домом и своим городом. И для них хочется сделать все, что от нас зависит. А деньги… Вот коснулась нас беда — и что деньги? Какая душа у тебя — вот это ценно. Важно, чтобы люди душой, сердцем добрели…

Отвечать за всех — такая работа. Прятать подальше обычный человеческий страх и понятную жалость. Прятать за шуточками и небрежным «дома привыкли» желание вернуться невредимыми. И жить с пониманием: от каждого дня можно ждать всего. А «самое трудное в нашей работе — это ждать»…

По материалам газеты «Огни»